Спецтемы

Рижский саммит 2015: Проект «Восточного партнерства» теряет актуальность

Автор: Сергей Кузнецов
Тема:Азербайджан, Армения, Беларусь, Владимир Путин, Восточное партнерство, Грузия, ЕАЭС, единая россия, ЕС, Китай, Молдова, Украина, Украинский кризис, Шелковый путь

Рижский саммит 2015 показал, что проект «Восточного партнерства» теряет актуальность. В отличие от Рижского саммита 2013 года, приведшего к цепи событий, вызвавших украинский конфликт, в этом году встреча делегаций стран ЕС и шести государств «Восточного партнерства» (ВП) не содержит какой-либо существенной проблематики.

Наоборот, амбициозный проект интеграции бывших советских республик в Евросоюз стал аморфным, впав в двусторонние обмены, без каких-либо вдохновляющих перспектив. Представляющие собой скорее разрозненный конгломерат, нежели сплоченную группировку, шесть стран-партнеров не получили особого стимула к присоединению от ослабленного своими собственными проблемами ЕС, и, в основном, предпочитают Западу - Восток, особенно в свете предстоящего китайского проекта «Шелкового пути», о котором информировал FTimes.ru и который будет добавлять «веса» Евразийскому экономическому союзу. Без четкой концепции и стратегии – «Восточное партнерство» однозначно потеряло былой смысл.

Сегодня вряд ли можно понять то, что объединяет шесть стран в партнерскую программу, за исключением их общего советского прошлого. Армения, Азербайджан, Беларусь, Грузия, Молдова и Украина имеют слишком мало общего, чтобы построить единый подход по отношению к ЕС.

1) Украина и Грузия жаждали услышать любой намек на перспективы членства в ЕС;

2) Самодостаточному Азербайджану вся эта «евросуета» не слишком интересна на фоне его огромных каспийских нефтяных месторождений;

3) Крошечная Молдова, погрязшая в гигантском скандале с отмыванием денег – уже получила безвизовый режим;

4) Беларусь и Армения, будучи членами Евразийского экономического союза, имеют обязательства, не слишком совпадающие с целями и задачами ВП.

При всем этом поражающем разнообразии, группа стала слишком разобщенной в рамках проекта, чтобы иметь одинаковые намерения.

Однако одно можно сказать наверняка, что план ЕС по стремительной интеграции Украины - был излишне амбициозным, без учета мнений русскоязычного населения, что привело к изменению сущности партнерства. Это плачевно для будущего партнерства Украины, которое могло бы получиться в результате гармоничного развития страны на полпути между ЕС и Евразийским экономическим союзом. Идея «Финляндизации» Украины, которую в свое время выдвинул Генри Киссинджер, похоронена на полях сражений Донбасса. Если ранее президент России Владимир Путин никогда не высказывал свое неприятие интеграционным планам, то начиная с Майдана, отношение России к евроинтеграции Украины изменилось навсегда.

Более того, события Майдана откликнулись эхом до самого Каспийского моря, где Президент Алиев принял все меры, чтобы исключить даже отдаленную перспективу любого рода гражданских волнений, особенно связанных с высокой степенью риска исламизации. Это охладило отношения Азербайджана с ЕС, несмотря на большой интерес в строительстве трубопровода TANAP, диверсифицируя поставщиков энергоресурсов в Европу. Разочарование Азербайджана в ЕС продемонстрировано отсутствием Президента Алиева в Риге. Существует также скрытое разочарование пассивностью ЕС в продвижении вперед урегулирования конфликта в Нагорном Карабахе – поразительная пассивность в отличие от интенсивности переговоров и даже экономических санкций против Российской Федерации из-за украинского кризиса.

Как это ни парадоксально, «старательные» страны-партнеры также выиграли немного, несмотря на их рвение и желание следовать руководящим принципам ЕС. Грузия – сделала все возможное, чтобы быть ей предоставили либерализацию визового режима, но тщетно.

Армения, которая показала себя «всеядной» в получении финансовой помощи от ЕС и Евразийского экономического союза, сформулировала свою позицию в «материалистической форме» без малейшего интереса в принятии политического выбора между Европой и Россией. Армения нуждается в российских гарантиях безопасности по конфликту в Нагорном Карабахе еще более, чем в получении финансирования от ВП, что было продемонстрировано вхождением страны в Евразийский экономический союза в январе 2015 года.

Тем временем китайцы, не заморачиваясь в продвижении своих «цивилизационных ценностей», подобно европейцам, инвестировали $70 млрд. в проект «Шелковый путь», который призван соединить Шанхай с Берлином. Поэтому пока программа «Восточного партнерства» отчаянно борется против воскрешения Российской Империи, экономический рост китайской сверхдержавы сделает этот проект совершенно неактуальным.

Прокомментировать








Выбор читателей



Это интересно