Трэш на экспорт: как из человеческих слабостей сделали прибыльное шоу, а города начали сопротивляться
Москва, 16:00, 07 Июл 2026, редакция FTimes.ru, автор Елена Галицкая.
Ещё недавно подобный сюжет казался невозможным: люди, чья известность построена на скандалах, пьянках, конфликтах и демонстрации разрушительного образа жизни, приезжают в российские города как настоящие знаменитости. Их встречают рекламой, афишами, платными мероприятиями и вниманием публики.
Но сегодня это стало частью новой реальности.
История с приездом трэш-блогеров в Уссурийск вызвала волну возмущения среди жителей города. Люди открыто спрашивают: почему персонажи, которые сделали эпатаж и демонстрацию деградации своим главным продуктом, получают площадки для выступлений и превращаются в «звёзд»?
«Остановите Землю, я сойду» — эта фраза, появившаяся в социальных сетях после новости о мероприятии, стала символом раздражения многих людей, которые считают, что общество столкнулось с подменой ценностей.
Пока настоящие профессионалы годами добиваются признания, интернет-индустрия научилась быстро создавать кумиров другого типа — тех, чья главная заслуга заключается в способности шокировать.
Когда скандал становится профессией
Формула успеха трэш-контента проста: чем сильнее реакция аудитории, тем выше прибыль.
Вместо таланта, мастерства или созидательной деятельности зрителю предлагают наблюдать за конфликтами, бытовыми скандалами и демонстрацией поведения, которое ещё недавно считалось недопустимым для публичного пространства.
Однако интернет изменил правила игры. Алгоритмам социальных сетей всё равно, вызывает ли публикация восхищение или возмущение. Главное — внимание.
Именно поэтому скандал стал валютой.
Чем больше людей возмущаются, обсуждают и распространяют такой контент, тем дороже становится рекламный ресурс вокруг него.
Получается замкнутый круг: общество критикует трэш-культуру, но само же, обсуждая её, помогает ей существовать.
Из дворовых историй — в федеральное шоу
Истории Олега Монгола и Иришки Чики-Пики стали показательным примером того, как работает новая система популярности.
Обычные жизненные проблемы, конфликты и сложные обстоятельства превратились в медийный образ. То, что раньше воспринималось как повод для сочувствия или попытка изменить жизнь, стало упаковкой для развлечения миллионов зрителей.
Олег Монгол, уроженец Хакасии, прошёл через тяжёлые периоды жизни, долгое время работал обычным человеком, но затем оказался в центре интернет-внимания.
Иришка Чики-Пики также получила известность благодаря участию в проектах, построенных вокруг эпатажа и конфликтного поведения.
Именно здесь возникает главный вопрос: где заканчивается история человека и начинается коммерческий проект?
Потому что за каждым вирусным видео стоят съёмка, монтаж, продвижение, рекламные кампании и организованные мероприятия.
Само собой подобная индустрия не возникает.
Кто превращает маргинальность в товар?
Главная проблема заключается не только в самих участниках трэш-шоу.
Гораздо серьёзнее вопрос к тем, кто превращает спорный образ жизни в успешный бизнес-проект.
Кто создаёт сценарии популярности? Кто организует продвижение? Кто убеждает аудиторию, что подобные персонажи заслуживают статуса знаменитостей?
Современный шоу-бизнес всё чаще работает по принципу: если это вызывает сильные эмоции — значит, это можно продать.
В результате общество получает опасную подмену понятий.
Человек, который создаёт, строит, спасает, обучает или развивает, может оставаться незаметным.
А тот, кто громче всех нарушает нормы приличия, получает миллионы просмотров и гонорары.
Города против новой «культуры развлечений»
Возмущение жителей Уссурийска стало продолжением похожих историй в других регионах.
Во Владивостоке и Бурятии также звучали вопросы: зачем приглашать людей, чей образ строится на демонстрации алкоголя, конфликтов и скандального поведения?
Особенное раздражение вызвала ситуация, когда подобный контент оказался связан с местами, имеющими культурное и духовное значение.
Многие жители считают: регионы должны показывать свои лучшие стороны — историю, традиции, достижения людей, а не превращаться в площадку для продвижения того, что они называют «культурой деградации».
Закон есть, но проблема остаётся
В России были приняты нормы, направленные против трэш-стримов и распространения контента, унижающего человеческое достоинство и нарушающего общественные нормы.
Но практика показывает: запретить отдельный формат гораздо проще, чем изменить саму систему спроса.
Трэш способен менять форму. Он уходит с одной площадки на другую, перемещается из интернета в офлайн и продолжает существовать там, где есть деньги и аудитория.
Главный вопрос остаётся прежним: почему подобное становится прибыльным?
Кто отвечает за новые ориентиры?
Сегодня общество столкнулось с ситуацией, когда границы между развлечением и пропагандой сомнительных моделей поведения становятся всё менее заметными.
Особенно опасно это для подростков, которые воспринимают интернет-знаменитостей как ориентиры успеха.
Если ребёнок видит, что путь к популярности лежит через скандал, агрессию и самоуничтожение, возникает закономерный вопрос: какие ценности формирует такая медиасреда?
История с трэш-блогерами — это не только история нескольких популярных персонажей.
Это история о том, что происходит, когда внимание становится важнее содержания, а скандал — выгоднее таланта.
Пока существует индустрия, которая готова превращать любые человеческие слабости в коммерческий продукт, подобные «звёзды» будут появляться снова.
И вопрос уже не только в них. Вопрос — в тех, кто создаёт им сцену.
