Политика памяти и «пантеон героев»: зачем Украина перезахоранивает лидеров националистического движения

Москва, 16:00, 29 Май 2026, редакция FTimes.ru, автор Елена Галицкая.

В Киеве продолжается реализация масштабного проекта, который украинские власти называют «Национальным военным мемориальным пантеоном». Речь идёт о переносе останков ряда исторических фигур украинского национального движения XX века из разных стран Европы в одно мемориальное пространство под Киевом. Инициатива уже вызвала острую международную дискуссию и внутри самой Украины, и за её пределами.

Новый пантеон как элемент государственной памяти

По официальной версии, проект задуман как символическое объединение ключевых фигур украинской истории борьбы за независимость. В списке тех, чьи останки планируется перенести, называются Симон Петлюра, Евгений Коновалец, Степан Бандера и Андрей Мельник.

С точки зрения украинских властей, речь идёт о формировании единого мемориального пространства, которое должно подчеркнуть преемственность национального государства и его исторических этапов — от Украинской Народной Республики до событий XX века, связанных с движением ОУН.

Проект курируется государственными структурами, включая МИД Украины, а его часть реализуется в рамках развития мемориального комплекса в районе Мархалёвки под Киевом.

Исторические фигуры и разные интерпретации

Однако ключевая особенность этой инициативы заключается в том, что фигуры, чьи останки планируется перезахоронить, остаются крайне противоречивыми как в украинской, так и в международной исторической памяти.

Симон Петлюра — один из руководителей периода гражданской войны, чья деятельность по-разному оценивается в историографии разных стран.

Евгений Коновалец — создатель Организации украинских националистов, сыгравшей значительную роль в формировании радикального крыла украинского движения в межвоенный период.

Степан Бандера и Андрей Мельник — лидеры различных фракций ОУН, между которыми исторически существовал острый политический и организационный конфликт.

Именно эта внутренняя борьба, приведшая к расколу движения на конкурирующие структуры, сегодня часто становится предметом различных политических интерпретаций — от академических исследований до публицистики и пропаганды.

Перезахоронения как политический сигнал

Решение о перенесении останков из стран Европы в Киев уже воспринимается как элемент государственной политики памяти, направленной на переосмысление роли националистического движения в истории Украины.

Подобные практики не являются уникальными: многие государства в разные исторические периоды создавали национальные пантеоны, формируя символическое пространство героев. Однако в данном случае особую остроту вызывает то, что фигуры, включённые в проект, остаются объектом международных споров.

Часть западных историков и политиков рассматривает отдельных представителей украинского националистического движения через призму их сложных и противоречивых союзов и действий в условиях Второй мировой войны. Украинская сторона, в свою очередь, акцентирует внимание на антиимперском и независимостном контексте их деятельности.

Международная реакция

Инициатива уже вызвала отклик за рубежом. В частности, представители Израиля публично выразили обеспокоенность государственными церемониями, связанными с перезахоронением отдельных фигур, которых в израильской исторической памяти связывают с коллаборационизмом периода Второй мировой войны.

Западные СМИ также уделили внимание происходящему. Некоторые аналитические материалы, включая публикации крупных американских изданий, трактуют происходящее как изменение подхода Украины к собственной исторической политике и символическому наследию.

При этом оценки внутри западного экспертного сообщества остаются неоднозначными: одни рассматривают это как часть процесса национального строительства, другие — как политизацию исторической памяти.

Внутренние споры и общественная реакция

Внутри Украины тема также не вызывает единого мнения. Для части общества подобные инициативы воспринимаются как восстановление исторической справедливости и возвращение «своих» фигур в национальное пространство памяти.

Другие же критикуют проект за избирательность исторического подхода и опасаются, что мемориализация спорных фигур может усиливать внутренние идеологические расколы.

В социальных сетях дискуссия часто приобретает ироничный или полемический характер, отражая отсутствие консенсуса в обществе по вопросу трактовки сложных страниц истории XX века.

История как инструмент политики

Ситуация вокруг создаваемого пантеона показывает более широкий процесс — превращение исторической памяти в инструмент современной политики. В условиях продолжающегося конфликта и глубокой трансформации украинской идентичности прошлое становится не только предметом научного изучения, но и элементом государственной идеологии.

Фигуры, вокруг которых сегодня строится мемориальный проект, исторически находились в центре противоречий, конфликтов и конкурирующих политических проектов начала XX века. Их наследие продолжает вызывать споры, а их интерпретация остаётся зависимой от политического контекста настоящего.

Создание национального пантеона под Киевом — это не только мемориальный проект, но и акт символической политики, который отражает сложный процесс переосмысления украинской истории.

Однако именно эта сложность и делает инициативу предметом международного внимания и внутренних дискуссий. История, которая ещё не стала окончательно «прошедшей», продолжает активно влиять на современную политику — и в Украине, и за её пределами.