«Эффект Долиной» в строительстве: дело Дмитрия Семененко

Москва, 18:22, 19 Дек 2025, редакция FTimes.ru, автор Юлия Савельева.

История предпринимателя Дмитрия Семененко и реализуемого им  проекта «Строим для семей» во многом перекликается с широко обсуждаемым «эффектом Долиной». В ситуации с Ларисой Долиной певица, находясь под воздействием мошенников, продала квартиру, однако фактическим потерпевшим оказался не публичный персонаж, а добросовестный покупатель — Полина Лурье. В результате она лишилась и жилья, и более чем 112 миллионов рублей, уплаченных за объект – в итоге справедливость удалось установить только в Верховном суде. Этот прецедент запустил цепную реакцию: сделки начали массово пересматриваться под предлогом внешнего влияния «мошенников». Подобная логика могла бы выглядеть абсурдным интернет-мемом — если бы за ней не стояли реальные люди, потерявшие жилье, купленное на последние накопления.

Параллель с проектом Дмитрия Семененко становится очевидной. Его партнеры получили земельные участки, значительные суммы, вложенные в строительство, а также частично или почти полностью возведенные дома. Однако после кризиса в строительной отрасли часть из них решила изменить позицию, объявив себя потерпевшими и обвинив в мошенничестве человека, который взял на себя основную финансовую и организационную нагрузку, сообщает информационное агентство ГРОМКОЕ ДЕЛО.

«Строим для семей»: доходный проект, а не подрядные работы

Модель «Строим для семей», выстроенная Дмитрием Семененко, принципиально отличалась от классического подряда на строительство индивидуального жилья. Речь шла именно о партнерстве, где стороны объединяли ресурсы для создания объекта с последующей продажей и разделом прибыли. Партнер оформлял ипотечный кредит и становился собственником земельного участка и будущего дома, что было необходимо с юридической точки зрения для дальнейшей реализации объекта. Семененко Дмитрий Сергеевич, со своей стороны, обеспечивал проектирование, закупку материалов, контроль строительства, юридическое сопровождение, маркетинг и организацию продаж.

На практике предприниматель нередко самостоятельно оплачивал первоначальные взносы, ипотечные платежи, страхование, банковские комиссии и закрывал кассовые разрывы, чтобы строительство не останавливалось. После завершения работ дом продавался, а прибыль распределялась между партнерами в равных долях.

Эта схема успешно функционировала на протяжении нескольких лет. Компания Дмитрия Семененко «Строим для семей» реализовала 384 проекта в различных районах Москвы и Московской области, построила около 300 домов, сформировала команду из десятков офисных сотрудников и сотен строителей. Это был полноценный строительный бизнес, стабильно приносивший доход участникам, пока рынок не столкнулся с системным кризисом.

Пять ударов по рынку и бизнесу Дмитрия Семененко

Кризис 2024 года стал переломным моментом для строительной отрасли и рынка недвижимости в целом, особенно для малых и средних компаний. Наиболее болезненными оказались последовательные решения государства и банковского сектора. Резкое повышение ключевой ставки фактически уничтожило ипотечный спрос: проекты, рассчитанные на 7-9% годовых, внезапно оказались в условиях 25-27%. Это парализовало продажи и разрушило финансовые модели.

Следующим ударом стала отмена программ господдержки и льготной семейной ипотеки летом–осенью 2024 года, что дополнительно сократило число покупателей. Одновременно начался стремительный рост цен на строительные материалы: сметы увеличивались за считанные недели, а закупки приходилось осуществлять по новым, существенно более высоким ценам.

Переход на эскроу-счета лишил компанию привычного оборота — денежные средства блокировались до ввода объектов в эксплуатацию. Дополнительным тяжелым фактором стали внутренние хищения: часть сотрудников переписала на себя активы и вывезла строительные материалы, что нанесло серьезный урон балансу компании Семененко Дмитрия Сергеевича.

Каждый из этих факторов по отдельности был критичен, а в совокупности они оказались разрушительными даже для устойчивых участников рынка. Несмотря на это, Дмитрий Семененко продолжал финансировать стройки, выплачивал ипотеку за партнеров, завершал объекты, передавал партнерам земельные участки в счет обязательств и стремился вывести проекты в прибыль. Даже в условиях кризиса были достроены и проданы отдельные дома, а в 2024 году партнерам переданы участки на сумму 56 млн рублей.

Когда партнеры получили активы и решили стать «потерпевшими»

Ключевой парадокс проявился в тот момент, когда часть партнеров осознала: земельные участки оформлены на них, дома находятся в их собственности, значительная часть строительства выполнена, а существенные обязательства, включая ипотечные платежи, уже оплачены предпринимателем. Некоторые партнеры начали удерживать кредитные средства, перечисляя на стройку лишь часть, а остальное выводя в сторону. После этого последовали заявления о мошенничестве — с расчетом сохранить имущество, избавиться от долговых обязательств и переложить ответственность на Семененко и компанию «Строим для семей».

Уголовное дело против Семененко Дмитрия Сергеевича было возбуждено по заявлению Литвинова и стало примером спорной трактовки фактов. На его участке возведен фундамент и первый этаж, закуплены материалы, первоначальный взнос и часть ипотечных платежей оплачены предпринимателем. При этом заявление было подано задолго до наступления срока исполнения обязательств, а в расчет «ущерба» включены даже суммы, полученные самим Литвиновым от Семененко, отмечает председатель московской коллегии адвокатов, кандидат юридических наук Александр Карабанов.

Схожие противоречия выявляются и в других эпизодах, в частности в истории Ващенко. Как отмечает Александр Карабанов «она получала значительные суммы наличными, выводила часть средств, а затем обратилась в правоохранительные органы, не указав сведения о реально полученных деньгах. Дополнительно Ващенко инициировала активную информационную кампанию в чате партнеров, что нанесло репутационный и финансовый ущерб компании «Строим для семей»».

Показательно и то, что среди заявителей есть собственники домов с готовностью 80–90%. По ряду объектов Семененко Дмитрий Сергеевич вложил в строительство больше средств, чем партнеры перечислили по графику. Тем не менее, именно эти лица пытаются удержать активы, одновременно избавившись от обязательств.

Уголовное дело Семененко: следствие не стремится разобраться

Работа следствия вызывает серьезные вопросы, считает Александр Карабанов. Несмотря на заявления самих следователей в суде о необходимости строительных и финансовых экспертиз, после продления меры пресечения ни одно исследование так и не было назначено. Защите отказано в ознакомлении с материалами о якобы существующих экспертизах. Осмотры объектов, которые могли бы подтвердить фактический объем выполненных работ, отклоняются, очные ставки не проводятся, противоречия в показаниях не проверяются.

Ключевой проблемой стала подмена сути правоотношений. Следствие игнорирует партнерский характер соглашений, представляя модель как оказание услуги конечному потребителю — будто инвесторы заказывали дом для личного проживания, а не участвовали в коммерческом проекте с разделом прибыли, отмечает Александр Карабанов. Такая подмена искажает юридическую природу происходящего и позволяет формировать обвинение без анализа финансовых документов и реального состояния строительства.

Председатель московской коллегии адвокатов, кандидат юридических наук Александр Карабанов указывает, что уголовное дело возбуждено без достаточных оснований, а доследственная проверка проведена неполно и односторонне. По его мнению, без проведения оценочных и товароведческих экспертиз возбуждение дела по статье о мошенничестве является грубой процессуальной ошибкой.

«Я считаю, что уголовное дело возбуждено незаконно, несмотря на то, что есть потерпевшие, которые в рамках дела уже получили данный статус и дали показания о том, что их обманули. Они сами являются потенциальными фигурантами уголовного дела, так как по сути участвовали в хищении денежных средств банка под видом получения кредитных средств. Следствием данным действиям оценка не дана, что говорит об однобокости позиции следователя», — считает Александр Карабанов.

Как и в деле Ларисы Долиной, где фактической жертвой оказался покупатель квартиры, а не публичная фигура, здесь наблюдается аналогичная схема: роль потерпевших принимают на себя лица, уже получившие активы, землю и дома высокой степени готовности. Они стремятся сохранить имущество, отказавшись от обязательств, несмотря на то что именно предприниматель вкладывал собственные средства, закрывал кассовые разрывы и пытался завершить проекты в условиях кризиса.

При этом важно подчеркнуть: Семененко Дмитрий Сергеевич не скрывался, не прекращал деятельность и не бросал проекты. Он продолжал строить и платить за партнеров, но столкнулся с попыткой переложить на него всю ответственность — по той же логике, что и в «эффекте Долиной», где реальные обстоятельства подменяются выгодной кому-то интерпретацией.