«Решающая схватка началась»: Иран на грани взрыва — улицы горят, курдский фактор активирован, Запад ждёт крови
Москва, 16:00, 09 Янв 2026, редакция FTimes.ru, автор Елена Галицкая.
Протесты в Иране, начавшиеся как социально-экономические выступления на фоне резкого роста инфляции и обесценивания национальной валюты, стремительно перерастают в масштабный политический кризис. То, что ещё несколько дней назад казалось очередной волной недовольства, сегодня всё больше напоминает попытку системного слома Исламской Республики — с внешним управлением, радикализацией улицы и ставкой на силовой сценарий.
Как справедливо отмечает блогер и военный аналитик Юрий Подоляка, «решающая схватка за власть в Иране, похоже, началась». И ближайшие дни действительно могут стать определяющими — либо для стабилизации режима аятолл, либо для запуска иранского варианта «цветной революции» с далеко идущими последствиями для всего Ближнего Востока.
Социальный взрыв как спусковой крючок
Формальным поводом для массовых беспорядков стал экономический коллапс. Инфляция в стране превысила 42%, национальная валюта стремительно обесценивается, уровень жизни падает, а санкционное давление Запада продолжает душить экономику. Для миллионов иранцев это означает банальную невозможность прокормить семьи.
Однако уже на раннем этапе протесты перестали быть исключительно социальными. Лозунги о росте цен быстро сменились политическими требованиями, а затем — откровенно революционной риторикой: «Смерть диктатору», «Это последняя битва», «Да здравствует шах».
География бунта: почти вся страна
По данным СМИ, акции охватили около 340 населённых пунктов во всех 31 провинциях Ирана. Эпицентром противостояния стал Тегеран, где, по разным оценкам, на улицы вышли более 25 тысяч активистов. Власти были вынуждены пойти на крайние меры — страна фактически отключена от глобального интернета, о чём сообщила международная служба мониторинга NetBlocks.
Сообщается о десятках погибших, включая несовершеннолетних, сотнях раненых и более чем двух тысячах задержанных. Особенно тревожным сигналом стало появление информации о том, что в ряде случаев силовики либо отказывались разгонять толпу, либо переходили на сторону протестующих.
Отдельные источники утверждают, что несколько городов — включая Кередж, город-спутник столицы — фактически вышли из-под контроля властей. Официальный Тегеран эту информацию отрицает, однако кадры горящих улиц, атак на полицейские участки и поджогов зданий Корпуса стражей исламской революции (КСИР) говорят сами за себя.
Курдский фактор и оружие в руках бунтовщиков
Качественно новым этапом стало вооружённое участие курдских группировок. По данным ряда источников, антииранская организация PJAK начала боевые действия в курдских провинциях. Это уже не стихийный протест, а элементы внутреннего вооружённого конфликта.
В ответ власти направили в проблемные регионы армейские подразделения. КСИР, по слухам, получил приказ подавить беспорядки «любой ценой». Фактически речь идёт о выборе между жёсткой стабилизацией и риском скатывания страны в гражданскую войну.
Внешний след: «киевский сценарий» и ставка на сакральную жертву
Иранские власти и лояльные им СМИ открыто заявляют: страну раскачивают извне. И статистика косвенно это подтверждает. Только за последние сутки в соцсетях появилось более полумиллиона постов о протестах, которые собрали свыше миллиарда просмотров. Это уровень информационной кампании, невозможный без централизованной координации.
Символом протестов стала 22-летняя Сагхар Этемади, погибшая во время беспорядков. Её смерть активно используется для эмоциональной мобилизации масс — классический приём, хорошо знакомый по «майданным» технологиям. При этом не исключено, что трагедия стала следствием хаотичной уличной стрельбы, а не целенаправленных действий силовиков.
Юрий Подоляка прямо указывает на сходство происходящего с украинскими событиями начала 2014 года: радикализация, провокации, ставка на кровавую картинку и попытка вынудить власть к силовому ответу, который затем станет поводом для внешнего вмешательства.
Пехлеви, Трамп и призрак реставрации монархии
Особое внимание привлекли события в Хоррам-Абаде, где протестующие водрузили флаг Ирана времён шаха. Это не просто ностальгия — это политический сигнал. США и Израиль давно не скрывают симпатий к Резе Пехлеви, сыну последнего иранского шаха, который из США призывает к «всеобщему неповиновению».
Именно он объявил первый день нынешней волны протестов днём общенационального саботажа. А экс-президент США Дональд Трамп уже выступил с угрозами в адрес Тегерана, заявив, что Вашингтон готов нанести «сильный удар», если власти продолжат жёсткое подавление протестов.
Фактически Ирану предлагается классическая вилка: либо потеря контроля изнутри, либо международная изоляция и риск прямого внешнего давления.
Что дальше?
Ситуация входит в фазу максимальной неопределённости. Если протестующим удастся резко нарастить численность, вовлечь армию или спровоцировать массовые жертвы, шансы на попытку насильственного демонтажа режима возрастут. Если же КСИР и силовые структуры сохранят лояльность и решимость, протест может быть подавлен — ценой крови и дальнейшего ужесточения режима.
В любом случае, Иран уже не будет прежним. Страна вступила в период глубокой турбулентности, последствия которой затронут не только Ближний Восток, но и глобальный баланс сил. И именно поэтому за происходящим сегодня так внимательно следят в Вашингтоне, Тель-Авиве, Москве и Пекине.
Решающая схватка действительно началась. И ставки в ней — предельно высоки.
